ПРЕПОДАВАНИЕ ЛАТИНСКОГО ЯЗЫКА
В СВЕРДЛОВСКОМ ФИЛИАЛЕ ВЮЗИ

(ВСЕСОЮЗНЫЙ ЮРИДИЧЕСКИЙ ЗАОЧНЫЙ ИНСТИТУТ)

(Из воспоминаний П. А. Иконникова)

 

Если бы кто-либо – будь он учёным лингвистом, или средним интеллигентом, или, наконец, из тех, кого называют «простые люди» - спросил П. А., преподавателя латинского языка Свердловского филиала Всесоюзного юридического заочного института (ВЮЗИ), что означает слово «проблема», как конкретно и осязательно можно представить содержание этого понятия, то он сказал бы: «прииди и виждь» и ознакомил бы его со своей работой в филиале ВЮЗИ. Известно, что И. А. Крылов, наш знаменитый баснописец, изучил греческий язык в возрасте 64 лет, чтобы в оригинале читать басни Эзопа. Это говорит о том, что изучению иностранных языков, как и любви, «все возрасты покорны», но нельзя, конечно, учесть и того, что И. А. Крылов был homo-unicus и распространять его опыт на всех едва ли было бы правильным. В конце концов дело в данном случае не только в возрасте, но и в других условиях бытия, в том числе в условиях и особенностях той или иной эпохи.

Каков был состав заочников Свердловского филиала ВЮЗИ?

Состав заочников был очень пёстрым и по возрасту и по обще-теоретической подготовке. Считалось, что деятели Фемиды – прокуроры, следователи, судьи – все без исключения должны быть охвачены заочным юридическим образованием, но кадры их укомплектовывались через выдвижение, при этом прежде всего учитывалась политическая настроенность выдвигаемого, а меньше его общеобразовательная подготовка. Таким образом, получились кадры юристов-практиков, но во многих случаях с недостаточным общим образованием. Для последних были организованы школы заочного обучения в объёме десятилеток. Первоначально в филиалы ВЮЗИ принимались даже люди, не имеющие практического опыта на юридическом поприще, юноши, не попавшие по конкурсу в стационар, а также изгнанники из стационара. Были, например, такие случаи. В стационаре учились два брата Шелковкины на одном курсе. Старший, человек широкой натуры, «проштрафился», был уволен и обосновался в филиале ВЮЗИ. Здесь он стал стремительно сдавать экзамены по всем предметам и через год оказался на третьем курсе, в то время, как брат его перешёл на второй курс. Последний после второго курса тоже перешёл в заочное отделение с тем, чтобы третий и четвёртый курсы пройти за год. Ещё интереснее поступил один юноша, который после месяца обучения в стационаре перешёл на заочное отделение и за полтора года сдал экзамены за институт, но его постигла неудача в том, что как раз к этому времени дано было из центра указание не допускать к государственным экзаменам студентов, не имеющих четырёхлетнего стажа обучения. В дальнейшем доступ для лиц, не связанных с профессией юриста был закрыт, но зато расширен был контингент обучающихся в ВЮЗИ за счёт охвата всех работников МВД и МГБ, работников нотариата и юрист-консульства. Радиус действия Свердловского филиала ВЮЗИ был очень большой: в Свердловск приезжали из Казахстана, Коми АС[C]Р, а один студент был из Владивостока. В число студентов филиала входили полковники, подполковники, майоры и юристы разных категорий. Значительное количество составляли женщины. Среди других выделялись люди свободной профессии-адвокаты: они изысканно одевались и имели более джельтменский вид.

Сессии проводились два раза в году: одна считалась установочной, а другая экзаменационной. Некоторые из студентов предпочитали сдавать экзамены и во время установочной сессии, так сказать, «с пылу горячих».

Все студенты были очень загружены на своей работе, и поэтому учение для них вообще было сложной проблемой, а по таким предметам, как иностранный язык или латинский яз[ык] тем более. На установочной лекции на латинский язык отводилось 8-10 лекционных часов, из них 2-3 часа на инструктивные указания к контрольной работе. На руки они получали небольшие конспекты по грамматике языка и контрольные тексты. В лучшем положении оказывались городские заочники, п[отому] что дня них устраивались дополнительные занятия, так называемые, очно-заочные группы. Наиболее же массовые группы заочников устраивали занятия в своих учреждениях, например, при МВД, МГБ и ревтрибунале, причём в некоторых случаях за оплату из своего счёта. Наконец, были даже персональные занятия, например, с областным военным прокурором. П. А. удалось, таким образом, побывать в различных учреждениях города, где были заочники-юристы. Самым замечательным было посещение областного управления МВД, которое находилось в бывшей гостинице Атаманова, памятной ему по 1909 г., когда он был в ней проездом.

Уже в начале статьи указано на то, что преподавание латинского языка заочникам являлось проблемой, а из дальнейшего видно, в чём заключалась проблема. Преподаватель латинского языка был поставлен в такие условия, что мог преподнести своим ученикам только «взгляд и нечно» по языку. Рассчитывать на то, что студенты самостоятельно изучат язык a la И. А. Крылов, это значило бы обречь себя заведомо на «pia desideria».[1] «Души желанным пределом» было: научить прочитать латинский термин в «Римском праве», найти его в словаре и прочитать значение по-русски. В контрольной работе – суметь сделать элементарный грамматический разбор текста. Вот это-то в заочном юридическом ин[ститу]-те и нашло громкое название: «Латинский язык».

Студенты были смелыми людьми. Если их о чём-либо спросить, они избегали говорить «нет». Например, чтобы показать, как правильно нужно прочитать, П. А. зачитывал им статью, а они следили: «In iure, in iudictio».[2] По окончании спрашивал: «понятно?» Они отвечали: «понятно, только требуется Ваш перевод». Достопочтенный Кузьма Прутков, вероятно, не отказался бы принять такие слова в состав своих афоризмов типа: «Необъятное не объять», или «Зри в корень!»

На сессиях бывали интересные встречи. Так, владивостокский заочник поведал о том, как совершенно случайно он не был зарыт в братскую могилу под Ленинградом: случайно один из санитаров заметил у него признаки жизни. Этот заочник после такого случая потерял память.

На одной сессии П. А. встретил одну женщину-следователя, которая переехала на Урал из Белоруссии – из города Слуцка. Она рассказала ему много печального о знакомых, которых он оставил в Слуцке, и о самом городе. По её словам от Слуцка остались одни развалины. На одну из сессий летом прибыли салдинские (завод Верхняя Салда) прокуроры in corpore[3], причём помощником прокурора оказался тенор-певец, который раньше учился в консерватории в Одессе. Об этом прежде всего, как и полагалось, узнали заочницы, и в перерывах между занятиями он всё распевал «Сердце красавиц». П. А. обещал ему на следующей сессии научить его петь арию герцога на итальянском языке. Памятуя об этом обещании, П. А. ждал встречи с певцом на следующей сессии, но его не оказалось; когда же он поинтересовался, почему нет певца, ему сказали, что салдинские прокуроры in corpore «посажены». Sic transit gloria mundi![4]

За время работы П. А. преподавателем латинского языка в Свердловском филиале ВЮЗИ было только два студента, которые изучали латинский язык во всём его объёме: они готовились в аспирантуру.

Основной костяк преподавателей в филиале составляли профессора и учителя очного юридического факультета. Из медицинского института работали два профессора: по судебной медицине и психиатрии. Очень оригинальный способ проверки знаний на экзаменах применял профессор Устинов по судебной медицине. Он, прежде всего, спрашивал: был ли явившийся на экзамен на войне, имел ли ранения, и в случае положительного ответа без спрашивания проставлял оценку. Главным недостатком в филиале было, конечно, отсутствие подходящего помещения: две-три маленькие комнаты едва вмещали шкафы с документами и литературой. Не чётко работал технический аппарат, благодаря чему карточки учёта не всегда были в порядке.

За время своего существования филиал сделал многое. В самом Свердловске все юридические работники прошли через филиал и получили высшее юридическое образование.

При проведении одной сессии решено было проверить грамотность юридических работников и Петру Алексеевичу предложено было провести диктовку. Диктовка показала в общем неблагополучие с грамотностью у большинства заочников и им было предложено пройти переподготовку, но дело это не было доведено до конца.

Студенты заочники были практиками, и в этом было их главное преимущество перед студентами стационара, но последние имели безусловно лучшую общеобразовательную подготовку. Самым слабым местом в заочном обучении было изучение иностранного и латинского языков. Это осталось неразрешённой проблемой.

ГАПК. Ф. р-973. Оп. 1. Д. 723. Л. 155-159 об.

 

[1] pia desideria – по-латински благопожелания.

[2] Две стадии рассмотрения судебного спора.

[3] in corpore – по-латински в полном составе, вместе.

[4] Sic transit gloria mundi! – по-латински «Так проходит мирская слава!»

 


Вернуться назад



Flag Counter Яндекс.Метрика